Одна вокруг света: чем путешествие в Гану напоминает Кавказ

Одна вокруг света: чем путешествие в Гану напоминает Кавказ

25.06.2018 Выкл. Автор admin

Вокругсвета. В предыдущей серии Ирина и Грета боролись с малярией в Кот-д`Ивуаре.

Держу путь к океану, к красивейшим пляжам Бисуа. Дорога радует, можно ехать 90 километров в час, ограничения до 50-ти только в населенных пунктах. Перед одним из них и подловила меня местная полиция за превышение скорости. Да. Меня. За превышение. На 4 километра в час больше — я мчалась 54, если верить радару. Заветные «ноу моней», «нот андерстенд», «оунли банк» и немного блондинки сделали свое дело, и меня отпустили с миром. Добрые ганские полицейские. Уже в пути получаю совет от друзей: в Африке надо ехать со скоростью «минус один» от разрешенной. Но практика показала, что любопытные люди в форме все равно останавливают машину с российскими номерами, поговорить и порасспрашивать — кто мы, откуда и куда, пожелать хорошей дороги. Да и мне не сложно сказать пять английских слов в ответ, зато пока обхожусь без штрафов и взяток.











А вот и океан. Повседневный быт рыбацкой деревни. Деревянные лодки, самодельные сети, детвора резвится с волнами, и обязательный атрибут — футбольная площадка. В Бисуа много иностранцев, здесь один из самых красивых пляжей Золотого Берега. Гуляя по улочкам, встречаю группу китайских туристов, а в отеле знакомлюсь с немцами и португальцами. Вечером уходим с Гретой вдоль океана подальше от многолюдного берега, волны поспешно смывают следы наших ног и лап. Шум прибоя, уходящее солнце и ветер сопровождают две едва заметные в сумерках фигуры.

Следующая остановка — Эльмина и крепость Санкт-Яго, исторический памятник города и военной архитектуры XVII века. Гана изобилует старинными фортами и крепостными сооружениями, возведенными европейцами. Богатства Золотого Берега во все времена привлекали жителей Старого Света: одни отвоевали право на золото и рабов, другие защищали это право и оборонялись от недоброжелателей. Стены Санкт-Яго хранят непростую историю этих мест.

Все дороги в Гане ведут в столицу — город Аккра. Автомобильный трафик колоссальный, чем ближе к главному городу страны, тем теснее. Устав толкаться в бесконечных пробках, остаюсь на ночь в небольшой гостинице в 35 километрах от Аккры, чтобы ранним утром успеть пробраться в центр по относительно свободной дороге. Большие города не для путешественников моего формата, и посещение столицы — скорее необходимость. Нужно получить визы в несколько стран, чтобы продолжить экспедицию по Западной и Центральной Африке.

Однако вместо консульства Анголы попадаю в российское посольство, на консультацию к доктору. Накануне опять поднялась температура и появилась слабость в теле. Ольга Васильевна, врач российского посольства в Гане, направляет меня в медицинскую лабораторию, в Африке при любых простудных симптомах первым делом необходимо делать тест на малярию. Диагноз подтвердился: у меня рецидив, и это форма тропической малярии. Лечение начинаю незамедлительно под присмотром российского специалиста. В течение пяти дней приходится соблюдать постельный режим, о передвижениях по городу речи идти не может.

В гостинице, где я остановилась, кипит своя жизнь. Прелесть недорогих отелей в том, что велика вероятность встретить в них настоящих путешественников. И в этот раз пересекаемся с семейной парой из Австралии, передвигающейся по Африке на машине. Моя Элантра по сравнению с их экспедиционным внедорожником — просто Дюймовочка! Встроенная кухня, палатка на крыше автомобиля и другие туристические «фишки» делают поездку более комфортной.

Терраса отеля — особое место, заряженное энергией людей со всего мира, посещающих туристическую Аккру. Диего, сосед-африканец, устроил настоящую школу танцев. Сам постигает азы национальной кизомбы и привлекает к обучению соседей-постояльцев. Три подруги из Австрии поют песни под гитару, увлекая всех нехитрым мотивом. Разговоры по вечерам на разных наречиях, в сочетании с жестами и мимикой. Если люди хотят понять друг друга и быть услышанными, языковых барьеров не существует.

На нашей интернациональной террасе закат. Провожаю солнце и говорю ему: «Как хорошо жить». «Я знаю», — отвечает мне солнце и прячется за горизонтом, чтобы завтра вновь подняться и дарить энергию жизни. Всем и каждому.

Повторный тест на малярию показал отрицательный результат. «Есть еще остаточные явления в крови, но это норма еще в течение месяца», — заверила меня доктор. Начинаю знакомство с городом и марафон по посольствам – предстоит оформить визы в Анголу, Буркина-Фасо и Бенин.

Теперь точно можно сказать, что я была в Аккре! Посещение Площади независимости — обязательная программа для каждого туриста. Говорят, что она копирует Красную площадь в Москве. Не нахожу никакого внешнего сходства, разве только по размерам и назначению: здесь проходят торжественные национальные парады, крупные общественные мероприятия и фестивали, праздничные церемонии и все важные события в стране.

Завершив формальности с документами и визами, последний день в Аккре провожу у океана. Ресторанчик с национальной кухней расположился на берегу, здесь устраиваю прощание с городом, приютившем нас на несколько дней. Грета вырыла себе яму в песке, спасаясь от жары, и спит в ней безмятежно. Я наблюдаю, как соленая вода с приливом подходит все ближе к ногам, будто хочет коснуться нежно и пожелать счастливого пути. Мне предстоит пересечь Гану с юга на север, а это почти 1000 километров до Буркина-Фасо. Столь большой крюк приходится делать, чтобы в ее столице — Уагадугу, получить визу в Нигерию. Да, подготовка к транзитному переходу через эту страну потребовала дополнительных ресурсов.

Старт, по обыкновению, на рассвете. Удивляюсь, насколько аккуратные деревни в южной и центральной части Ганы, и в каждой сохраняется свой гармоничный порядок. Даже если дома глинобитные, они выглядят очень ухоженными и стройными. В одной из них знакомлюсь с местной модницей. Девушка модельной внешности в белом бархатном платье, словно по подиуму, вышагивает по деревенским улочкам. Гордо несет в руках большой черный таз и привлекает к себе внимание грациозностью походки.

Чем дальше к центру страны, тем интереснее природа и ландшафты. 40 километров прошли по горным местам. Конечно, не таким крутым, как в Грузии или Чечне, но если не обращать внимания на пальмы, можно вполне подумать, что я где-то на Кавказе. Сердце забилось чаще, испытывая ностальгию — понимаю, что соскучилась по настоящим горным серпантинам, устав от африканского бездорожья. На самой высокой отметке попадаю в густой туман, вершины стоят в облаках. Впервые за долгое время приходится включать противотуманные фары, а я уже и забыла об их существовании.

Но хорошая дорога закончилась быстро. Трасса, по которой я отправилась на север, проходит по востоку Ганы и еще только строится. Давно и с переменным успехом. Отличное широкополосное полотно резко прекращается и переходит в грунтовку. А это значит, что ехать надо в объезд тяжелой работающей техники, по пыльным участкам с ухабами и ямами. Именно здесь, в самый разгар дорожных работ, моя экспедиция достигла 35 тысяч километров с момента старта. Позади 7 месяцев пути и 31 страна. Запечатлеть это событие на фото прошу дорожного строителя, координирующего работу тяжеловозов, груженых щебнем. Пока человек в каске и оранжевом жилете приспосабливается к моим гаджетам, самосвалы терпеливо ждут его отмашки.

Издалека услышала вой сирены. Я и глазом не успела моргнуть, как мотоциклы с синими мигалками и водителями в форме прижали меня к обочине. Кортеж из десятка солидных автомобилей в сопровождении военных промчался мимо, увозя с собой тревожный гул.

Солнце исчезает быстро, уже в сумерках пробираюсь по строящейся дороге. Встречный грузовик внезапно ослепил фарами как раз в тот момент, когда закончился асфальт и возникла глубокая яма. Тряхнуло так, что все в машине перевернулось. Испугалась, не решаюсь даже посмотреть, что там внизу. Но машина на ходу, еду дальше в поисках ночлега.

Приют нашла в во дворе деревенского дома. Глава большого семейства показывает место для стоянки моей машины на просторной территории, его супруга и мать шестерых детей — мал мала меньше, готовит ужин на углях. Утро началось под хриплые крики петуха. Прощаюсь с гостеприимным домом и еду на север Ганы.

Гана производит противоречивое впечатление. На севере страны природа скуднее и суровее, а пейзажи пустынней. Почва в этих местах цвета охры, она будто усыпана куркумой. Такой же раскраски и грунтовые дороги. Дополняет желтые пейзажи пожухлая трава, в это время года дождей уже нет. В воздухе стоит дымка от паленого сухостоя, с деревьев падают крупные листья. Осень.

Основная занятость населения — продажа древесного угля, здесь его обжигают повсеместно и выставляют в больших мешках у дороги. Заметна и разница в уровне жизни по сравнению с южными и центральными провинциями страны. В одной из деревень местная молодежь 14-17 лет специально перегораживает дорогу, чтобы собирать дань с проезжающих мимо водителей. Я остановилась перед таким заслоном, толпа подростков окружила машину, просят денег. Объясняю, что «ноу моней», показывают на батон хлеба, который лежит у меня в салоне. Я приготовилась отдать его в деревне для скота, потому что он стал плесневеть. Парень лет 15-ти буквально вырвал из рук пакет, и с возгласом «Брэд!» тут же стал быстро засовывать его себе в рот. Признаться, от такого зрелища мне стало жутко, и я поспешила удалиться. Еще около 120 километров, и будет граница с Буркина-Фасо.